Могильников раскрыл скандальные подробности, как от него отказались в "Тракторе"

раздел Европа
Чемпион Турции в составе "Буз Бейкоз" форвард Юрий Могильников рассказал о своем уходе из системы "Трактора".

- Что все-таки произошло с "Трактором"? Ты шел лучшим бомбардиром "Челмета" и внезапно куда-то пропал.


- Я получил травму, сломал большую берцовую кость. Сижу, жду операции. Тогда ребят с такими травмами отправляли на операции в Германию. А ко мне подходит директор "Челмета" и говорит: "не, у нас денег нету". А я такой агрессивно настроенный: "А на Мамаева деньги есть?" Мамаева отправляли куда надо, все ему делали, а на меня денег нет. Ну, он (директор) говорит: "ты еще молодой, еще ничего не доказал, чтоб на тебя деньги тратить". Ладно. Сделали мне операцию в областной больнице. Потом наколенник нужен был, чтоб после травмы выходить на лед. Он стоит 50 тысяч. А мне директор опять говорит – "это дорого". Но самое главное, что мне потом пришлось опять делать ту же самую операцию, потому что в первый раз сделали неправильно, кость не срослась. И врач говорил, что если б в Германии делали, то сразу все было бы нормально. Но на Мамаева деньги есть, а на меня нет. Я понял, что в "Тракторе" вот так. Ненавижу блатных.
(Защитник Данил Мамаев имел гарантированное место в составе "Трактора", так как был зятем губернатора Челябинской области – прим. ред.)

- Почему игроки вообще терпели Мамаева в составе "Трактора"? Не могли ему руку сломать, чтобы он не играл?

- Да потому что руководство сразу давало… за любой выпад в его сторону. У нас как-то был эпизод, один парень из "Трактора" с ним подрался. Его сразу вызвали к руководству и сказали – больше так нельзя делать. Мамаев неприкасаемый.

- Ладно, вернемся к твоей истории. Как справлялся с жизнью на костылях?


- Травмы лучше вообще не получать, но я бы лучше выбрал сломать руку, чем ногу, если честно. Ты не можешь погулять, выйти в магазин, когда тебе надо, ну такое себе. Особенно когда на улице гололед – хочешь погулять, а костыли разъезжаются. А еще на тебя смотрят везде… Как на инвалида. Я иду в гипсе, и все – "вам помочь?" А мне не надо помогать, я сам все могу.

- Разве плохо, что люди предлагают помощь?

- Не в этом дело. Неприятно, что люди тебя жалеют, понимаешь? Сталкиваться с этими взглядами постоянно. Не люблю жаловаться и не люблю, когда меня жалеют. Я ходил на костылях четыре месяца, был обузой для всех.

- Чем закончилась история с "Трактором"?


- Я сделал одну операцию, вторую. Пропустил весь сезон 18-19. Они говорят – "Юр, мы тебя ждем на следующий сезон". Предлагают контракт. Я прихожу летом на сборы и говорю тренерам, что мне реабилитолог запретил бегать на полгода. "Да, конечно, все нормально, крути велик". А через какое-то время они на меня обозлились, что я только велик кручу. Сказали: "Если хочешь играть в команде, беги кросс". Я опять объясняю, что мне нельзя. "Ну, все тогда, увольняйся". Ладно, я побежал через боль. Нормально вроде пробежал. И мне говорят: "Юра, тебе еще три месяца восстанавливаться как минимум. Съезди куда-нибудь, получи игровую практику, а потом возвращайся, мы тебя будем ждать". Ну, окей. Я нашел команду в Белоруссии. Три месяца там играл, набрал хорошую форму. Думал, что вернусь в Челябинск. Агент стал звонить в "Трактор", а там просто не брали трубки. Вот и все. В тот год они 8-9 человек вот так выперли. (Юра в итоге провел в Беларуси весь сезон 2019-2020, "Трактор" так и не вышел с ним на связь – прим.ред.)

- После всей этой истории с травмой не стремно было возвращаться в хоккей?

- Естественно, был какой-то мандраж, когда шел в борьбу, в столкновения. Все-таки пропустил столько времени. Но потом раз, другой столкнулся – и ничего, колено на месте, травму не получил. И все стало нормально. 
 


Комментарии Правила

Возможно вас заинтересует

Сейчас обсуждают