05:00
-:-
Не начался

Гальярди: Нижнекамск входит в топ-3 дыр в КХЛ, я в такой попе мира еще не был

раздел КХЛ
Американский форвард Терри Гальярди, выступавший в КХЛ в 2016-2018 годах за "Медвешчак", "Нефтехимик" и рижское "Динамо", рассказал о жизни в России.
 
"После сезона в Швеции я подписал пробный контракт с "Сент-Луисом", но не пробился в состав и поехал домой. Какое-то время бездельничал, а потом понял, что мне нужно поиграть. После Рождества подписал контракт с "Медвешчаком" на месяц, просто чтобы освоиться в лиге. Знал, что потом уеду, у меня были варианты. Одна из команд называлась "Нефтехимик", это в Нижнекамске, городе, о котором никто никогда не слышал, он входит в топ-3 дыр в КХЛ. Но они платили больше других, кроме зарплаты там были сумасшедшие бонусы за победы и очки. Я сказал: "Осталось два месяца, потерплю". Отправил жену домой и поехал туда один. Я в такой попе мира никогда в жизни не был! Все на русском, тренер говорит на русском, занятия тоже на русском. Чувствуешь себя зомби.

Деньги платили хорошие, но со мной там случилась безумная вещь. В одном матче пропустил удар сзади и повредил кисть, мне сделали МРТ, перелома не было, но сказали, что нужно отдохнуть недельку, прежде чем брать в руки клюшку. Конечно, все это мне сказали через "Гугл транслейт". На следующий день прихожу на арену, думал позаниматься в зале, проверить запястье. В тот день была игра, и ко мне подходит наш тренер вратарей, он единственный, кроме главного тренера, говорил на английском. Он сказал, что Наззи хочет меня видеть. Нашим тренером был Андрей Назаров, который был тафгаем в НХЛ.
 
Захожу к нему в кабинет, и он спрашивает, что у меня с запястьем, есть ли перелом. Я все ему рассказываю, и он говорит: "Хорошо, мы тебе сделаем укол, чтобы ты смог сыграть". Я думаю: "Ну, ничего, мы играем с каким-то отстоем, ничего страшного не будет". Иду к врачу, он спускает мне штаны и делает укол в попу. Я сыграл, все было в порядке, но вечером мне стало дико плохо, тошнило и все такое. Я не понимаю, что происходит. На следующий день мне сделали, наверное, 100 уколов в вену, а еще через день я снова играл. Меня не били, не толкали, вообще практически не касались, но после матча я едва ходил, а бедро просто разрывало от боли. И я думаю: "Так, никто меня не хитовал, я не падал, ничего необычного не было. Что-то тут не так". В общем, мне опять сделали МРТ, командный врач посмотрел результаты и сказал, что все в порядке и я могу играть. Но к тому моменту я почти не мог ходить. Набрал агенту, сказал, что у меня что-то серьезное с бедром и чтобы он звонил генеральному менеджеру и разбирался, что будет дальше. В Нижнекамске больницы были вообще жуткие, как в 1940-х. Просто отвратительные.


Генеральный менеджер предложил либо остаться и лечиться у наших врачей, либо ехать в Москву за свой счет. Я в тот же день улетел в Москву и прошел все обследования. Оказалось, что мне занесли инфекцию в бедро, когда делали укол в попу. Это был не стафилококк, а какая-то странная инфекция, которой можно заразиться только через укол. Пришлось посидеть на жестких антибиотиках, потом спорить с клубом о размере последней зарплаты. Агент сказал, что я должен приходить на арену каждый день, светить лицом, и тогда мне заплатят. Я целый месяц ходил на арену, потом вернулся домой, и мне перевели последнюю зарплату", - рассказал Гальярди в подкасте Spittin’ Chicklets.
 
 
Фото: НХЛ

Комментарии Правила

Возможно вас заинтересует

Лента новостей КХЛ

Сейчас обсуждают