На чем все держится

Как понять, какой путь принесет успех и долговечность? Начать с чистого листа, восстановить утраченное или копировать чужой опыт?
Что собой представляет система молодежного и детско-юношеского хоккея в России? С какими проблемами сталкиваются выпускники хоккейных школ?

В этих вопросах мы попытались разобраться с директором СДЮШОР «Русь» – Николаем Ивановичем Куликовым, главным тренером молодёжной команды «Лугано»  (Швейцария) – Дмитрием Геннадьевичем Цыгуровым, защитником чешского «Кладно» Самвелом Мнацяном, вратарем «Зальцбурга» и двукратным чемпионом Австрии Артёмом Коноваловым и Андреем Кучиным – нападающим клуба OHL Sudbury Wolves. То есть, собрать мнения со всех сторон.

История
 
В конце 60-x в СССР сложилась чёткая система многолетней подготовки хоккеистов. Массовый хоккей является её изначальным звеном ¬– широкая сеть дворовых команд мальчишек разного возраста, объединённая в клуб «Золотая шайба», играет роль основного фильтра в отборе талантов. Уровень подготовки советских юниоров был высок, поскольку все условия, необходимые для развития были созданы. В результате ребята под руководством первоклассных тренеров полностью раскрывали свой потенциал и имели возможность практически без помех вырастать до уровня мастеров.

Начиная с конца 80-х, наших лучших хоккеистов стали активно выбирать на драфте НХЛ, а когда рухнул Советский Союз, в заокеанских и европейских клубах во множестве появились наши игроки. Сначала советские спортивные чиновники давали добро на отъезд только опытным заслуженным игрокам, а для молодёжи этот путь был закрыт. Резонно, что Александр Могильный и Сергей Фёдоров – главные надежды советского хоккея просто сбежали за океан. Большинство спортивных команд и школ пришло в запустение, ситуацию уже никто не контролировал, и молодежь была вольна ехать куда угодно. В то время спортивным функционерам  было трудно удержать спортсмена от желания «свалить» в лучшую лигу мира и получать там огромную по нашим меркам зарплату.

С наступлением нового тысячелетия и серьезных финансовых вливаний в отечественный хоккей исчезло одно из главных преимуществ Запада – высокие зарплаты. Игроки стали массово возвращаться на родину, в то же время, в нашем чемпионате появилось много иностранцев, и очень скоро нашим молодым игрокам стало просто не хватать места в составе команд. Пришлось озаботиться тем, как заинтересовать нашу талантливую молодёжь не только материально, а клубы заставить наигрывать своих, доморощенных игроков. И вот  в сезоне 2002/2003 в тогдашней Суперлиге ввели довольно радикальное правило «три плюс два», в соответствии с которым каждая команда должна заявлять на матч не менее трех игроков до 18 лет и двух до 20-и. Понятно, что руководители клубов сразу невзлюбили это положение, поскольку при отсутствии  талантливой молодежи команде приходилось практически весь матч играть в три звена. Но со временем молодым ребятам, там, где они были, начали доверять, и уже скоро некоторые из них выбились в лидеры своих клубов: Григоренко – в «Ладе», Жердев – в «ЦСКА» и Овечкин – в «Динамо».

В результате, на молодежных и юношеских чемпионатах мира наши сборные состояли практически сплошь из ребят, поигравших на высшем уровне. Собственно, выигрыш МЧМ-2003 – в большей степени заслуга этого правила «три плюс два». Через четыре года убрали пункт об игроках до восемнадцати лет, а в последнем сезоне Суперлиги оно и вовсе было упразднено. В первых двух сезонах КХЛ выделялось лишь одно дополнительное место в составе – для игрока до 20 лет.

Реалии
 
С созданием Молодежной хоккейной лиги отчасти отпала необходимость подобного рода манипуляций с регламентом взрослого чемпионата. За два года МХЛ превратилась в отлаженную систему, в которой занято множество молодых специалистов и около восьмисот игроков, которые, в среднем, проводят более 55 официальных матчей за сезон. Так была частично решена проблема «беспризорности» ребят переходного возраста. Так как, в лиге могут играть только парни от 17 до 21 года, тренер, мотивированный на высокие задачи, предпочитает формировать состав из достаточно опытных ребят, поэтому юниоры получают меньше игровой практики, и, соответственно, возможности развиваться. Ясно видна необходимость возрастного ограничения МХЛ, скажем, до 19 лет. При этом нужно создавать и поддерживать не только юниорские, но и студенческие лиги на постоянной основе, ведь огромное количество ребят заканчивает с хоккеем, решив получить нормальное высшее образование.

Потому как систему молодежного и детско-юношеского хоккея начали возрождать лишь десять лет назад, сейчас она существует в неполноценном виде – многое осталось с советских времен, порой даже инфраструктура и тренеры. Финансирование, как и распространение спортивных школ не является систематизированным. Хотя, при всем при этом, создание КХЛ и МХЛ сделало свое дело, и естественно, что наши юниоры стремятся в первую очередь в отечественные лиги, но, к сожалению, не для всех там находится место.

В чем же главные причины отъезда в наши дни? Их очень много, и мы постараемся выделить самые распространенные. Нападающий Sudbury Андрей Кучин отмечает, что в России он не получал достаточно игрового времени, и, отыграв три года понял, что надо двигаться дальше. Поэтому-то когда агент предложил ему уехать в Америку, он согласился, почти не раздумывая. Уже два года Андрей играет за океаном, и в этом сезоне он стал одним из лучших в своей команде в плей-офф лиги Онтарио.

Но, пожалуй, отсутствие игровой практики – это, скорее, повод для старта воплощения энхаэловской мечты, которой «болен», выпускник любой нашей хоккейной школы. И в ближайшее время эта ситуация вряд ли изменится. Николай Куликов поясняет: «НХЛ уже больше ста лет, а КХЛ – без году неделя, поэтому, если наш хоккей будет развиваться, то всё больше ребят предпочтут остаться на Родине»

Обеспокоен Куликов и имиджем российского хоккея. А высокое реноме NHL и CHL привлекает юниоров не только в топовые юниорские лиги Северной Америки, но и в соревнования с довольно спорной репутацией, которые порой проходят даже не под эгидой местной федерации хоккея. В прошлом сезоне, например, из 76-ти россиян до 21 года, игравших за океаном, 30 выступали в так называемых независимых лигах GMHL и IJHL. В них практикуется обязательная годичная плата – порядка 20 тысяч долларов, и, вдобавок к довольно слабому уровню игроков в этих соревнованиях, на хоккеиста накладывается запрет на участие в любой «федеративной» лиге. Куликов, говоря об этих организациях, пояснил: «Я знаю про эти лиги, несколько парней из нашей школы туда уже три года ездят. Возвращаются абсолютно «никакие»,  и совершенно не видно, чтобы они в чём-то прибавили. Каждый зарабатывает, как может, да? Если есть люди, готовые платить, почему бы не быть тем, кто будет собирать с них деньги?»

Драфт
 
В КХЛ с самого старта начали подстраивать важнейшие элементы энхаэловской системы под нашу действительность. Одной из основных из не слишком удачных попыток  стал драфт юниоров. За два года прогресс, очевидно, имеет место, однако системную ценность, это ежегодное действо имеет весьма условную. Главным поставщиком информации уже третий год служит центральное скаутское бюро КХЛ, возглавляемое одним из лучших мировых специалистов – Борисом Емельяновым, долгие годы проработавшим в НХЛ. В этом сезоне он наблюдал за кандидатами в национальную сборную, играющими в Северной Америке. По сути, бюро – это эдакий закрытый фантом, который мы имеем возможность наблюдать лишь пару раз за сезон – после публикации единственного финального рейтинга, который довлеет над выпускниками школ в течении всего года.

Да и сам принцип драфта справедливо вызывает нарекания, поскольку, в отличие от Северной Америки, где клубы НХЛ не имеют никакого отношения к хоккейным школам и юниорским лигам, у нас большинство ДЮСШ и СДЮШОР находятся на попечении команд. И получается, что клуб оплачивает воспитание игрока, которого потом «драфтует» другая команда. Попытки введения механизмов каких-то компенсаций и «брони» определенного количества лучших юниоров от драфта выполняют больше косметические функции и призваны, по сути, хоть как-то компенсировать не очень адекватный для реалий нашего хоккея принцип мероприятия по выбору юниоров.

Самые «лакомые кусочки» нынешнего драфта – это парни, закончившие школы клубов ВХЛ: бронзовый призёр прошедшего ЮЧМ из Пензы Антон Слепышев и тюменец Александр Тимирев, которые заняли вторую и третью строчку финального рейтинга, пропустив только армейца Михаила Григоренко. В целом же, изучив полную версию списка, можно сделать вывод, что талантливые ребята играют исключительно в школах при клубах КХЛ, но это не совсем так. Директор СДЮШОР «Русь», «независимой» школы, не имеющей над собой «крыши» в виде какого-то клуба КХЛ, объяснил просто: «Хорошие и талантливые мальчишки очень редко доигрывают у нас до конца. Как только появляется одарённый парень, его тут же пытаются увести топовые клубы. И уводят»

- Но, как ни странно, многие наши выпускники играют на более высоком уровне, чем те, кто поспешил уйти в именитые команды, добавляет Куликов.

По новому регламенту только клуб, в структуре которого есть школа, либо им финансируется клубом в достаточном объёме, сможет защитить лишь трёх воспитанников. На остальные, судя по всему, придется тратить драфт-пики. Чтобы  сохранить выпускников, клубы, конечно, могли пойти на общий сговор или джентельменское соглашение, и выбирать либо своих, либо иностранцев, но до таких «высоких отношений» командам КХЛ еще далеко.
В любом случае, это непредсказуемое майское действо – основной источник головной боли для всех парней 1994 года рождения, закончивших хоккейную школу. Несмотря на новую систему дотаций и грантов для отдельных талантливых хоккеистов, доходящих до размера годовой зарплаты, количество ребят, которые собираются уехать в молодёжные лиги Северной Америки пока не становится значительно меньше. Они не видят своего игрового будущего в КХЛ, а МХЛ уже перерастают. И по возрасту. И по уровню.

Европа и Америка
 
Иногда причиной отъезда оказывается необходимость в получении нормального образования, потому что очное отделение ВУЗов не доступно в России для игрока с контрактом. Ближайший вариант для совмещения учебы и хоккея – это Европа. В последние пару лет количество наших молодых легионеров в Европе и Северной Америке почти сравнялось – порядка 60-ти человек. И это связано не только со снижением числа вояжёров за океан. Например, съездить из Питера на просмотр, скажем, в Финляндию не займёт много времени.

По мнению Артёма Коновалова, наши юниоры приезжают из-за лучших условий,  но не  таких непривычных и конкурентных, как в Америке. И заиграть в высших лигах  Европы  не слишком трудно. Хотя в Чехии, Германии или Швейцарии уровень чемпионата намного выше, чем в Австрии, в Зальцбурге находится интернат и хоккейная школа очень высокого уровня.

В Северной Америке самыми желанными местами для нашего юниора являются топовые юниорские лиги – три подразделения канадской хоккейной лиги, CHL: Западная лига WHL, Лига Онтарио OHL, и Главная юниорская лига Квебека QMJHL. В прошлом сезоне 18 наших соотечественников принимали участие в этом соревновании, которое по посещаемости превосходит любую европейскую лигу, в том числе КХЛ. В прошлом году туда отправились наши самые талантливые юниоры – Александр Хохлачёв, Андрей Педан и Наиль Якупов, который стал по итогам этого сезона рекордсменом по результативности среди новичков. Но как бы ни блистали они в юниорских лигах за океаном, недавние чемпионаты мира показали, что тренеры молодежной и юношеской сборной отдают предпочтение парням, выступающим на родине или в недальнем зарубежье.

Дмитрий Цыгуров, большую часть карьеры отыгравший в Европе считает, что туда перебираются лишь единичные «экземпляры» и в основном по учёбе или семейным обстоятельствами. Как раз так Коновалов оказался в Австрии, где и начал заниматься хоккеем с подачи игравшего тогда в местном клубе нынешнего главного тренера «Северстали» Дмитрия Квартальнова. Сейчас Антон дорос до второго вратаря приличного  европейского клуба EC Salzburg. А Самвел Мнацян волею случая оказался в Чехии, и, несмотря на то, что в прошлое межсезонье бывший защитник «Омских Ястребов» собирался попробовать свои силы в Америке, ему организовали просмотр в родном клубе Яромира Ягра. Так он попал в свою нынешнюю команду «Кладно».

На первый взгляд, в Европе перед нашими «проспектами» стоит не меньше препятствий, чем в Америке. Другие условия проживания, другой стиль игры. Защитник «Кладно», например, спокойно воспринял переезд в Чехию: ¬«Здесь всё очень похоже на Россию, и привыкать мне было не к чему, единственная проблема – я плохо говорю по-чешски. За год я прибавил в силовой борьбе, стал быстрее мыслить и увереннее играть в целом, всё-таки, некоторое время провёл в первой команде. Раньше я думал, что здесь играют в более техничный хоккей, но из-за того, что многие юниоры поиграли в Канаде и площадки заменили на финские, стиль игры в Чехии стал напоминать североамериканский – больше силовой борьбы и выше игровые скорости»

Зрители
 
Одна из самых острых проблем молодёжного и детско-юношеского хоккея – его неизвестность для широкой аудитории. Сколько игр МХЛ вы видели в этом сезоне по центральному телеканалу? Если прибавить к ним трансляции с КХЛ-ТВ, где молодежная лига также не в почете, то ситуация складывается весьма печальная, хотя и не лишённая логики. Эфирное время с большим желанием выделят на очередной повтор позавчерашней игры «взрослых» команд, которая обскачет по популярности любой матч МХЛ.

Провинции в этом отношении повезло куда больше. В плане инициативности региональных каналов, исправно транслирующих домашние матчи местной молодёжки. Однако переполненные трибуны дворцов Урала и Сибири ничего не могут поделать с почти нулевым интересом и посещаемостью в Московском регионе. Финал Кубка Харламова показал, что молодежный хоккей значит для Москвы: ЛДС ЦСКА, который насчитывает 5500 мест, так и не дождался аншлага даже на финальных матчах «Красной Армии». Справедливости ради надо отметить, что в минувшем сезоне и главной команде добиться переполненных трибун также не удалось.

А привлечь зрителя на трибуны не получится без грамотной маркетинговой стратегии, в том числе клубной, толковой работы с болельщиками и повсеместного освещения лиги. Для создания рейтингового продукта, «прототип» необходимо долго взращивать, а не просто удобрять Малкиными и Овечкиными на точке вбрасывания раз в год, в «матче открытия». Да, при создании лиги была проведена довольно неплохая PR-кампания. Но, например, в её основе были представлены четверо перспективных юниоров – «лица МХЛ». Они появлялись как раз там, где нужно, и их было достаточно и на улицах, и в масс-медиа. Вот только двое из «великолепной четвёрки»  – динамовский и спартаковский нападающие Александр Авцин и Александр Хохлачёв уехали прямиком за океан уже в следующем сезоне, а третий, защитник Арсений Кардаильский из «Атланта» еще в начале играет в Твери за команду ВХЛ. Только армейский защитник Алексей Марченко остался в системе клуба, играл в основном составе ЦСКА в КХЛ, а в МХЛ был одним из ключевых игроков «Красной Армии», выигравшей Кубок Харламова.

Деньги
 
И все же любые планы МХЛ бесполезны без должных источников финансирования. Но, судя по всему, руководству КХЛ интересно в большей степени пресловутое продвижение в Европу любыми средствами. А ведь инвестирование проектов по созданию клубов где-нибудь в Словакии или Италии, не более рискованно и обосновано, чем вложения в молодёжный и детско-юношеский хоккей в России. По мнению Куликова, лига вкладывает слишком большие деньги в себя и если хотя бы небольшая их часть пошла в детский хоккей, то пользы было больше, потому что из-за недостаточного финансирования основная нагрузка: покупка амуниций, выезды на турниры и учебно-тренировочные сборы ложится на родителей.

А это – главная проблема. Ведь наши таланты не всегда живут в обеспеченных семьях, и нередки случаи, когда перспективный парень вынужден закончить с хоккеем просто из-за нехватки средств на это. С директором «Руси» согласен тренер «Лугано», утверждая, что не важно, сколько талантливых хоккеистов принесла стране спортивная школа, город или регион. Цыгуров считает, что главное в другом – в том, чтобы на будущее хоккея выделялись необходимые ресурсы, а будущее – в массовости, в доступности.

В наших условиях проблема дополнительного финансирования могла бы решиться при наличии спонсоров. «Когда-то в Москве существовал закон «О льготах по налогу на прибыль», тогда со спонсорами было легче, – вспоминает Куликов. – А сейчас родители каким-то образом поддерживают, но ведь каждый их них хочет вкладывать в своего ребёнка и не более того. Да и спонсорский интерес должен быть, но, если находится кто-то, то очень-очень редко и это не спонсорство – это чистейшей воды меценатство. Эти люди просто так вкладывают свои деньги, а все потому, что они просто любят хоккей». Вот и выходит, что как ни банально прозвучит, что все держится именно на таких меценатах-энтузиастах, а не выстроенной и функционирующей схеме.
 
Источник фото:

Комментарии Правила

Сейчас обсуждают