\"В Гренобле-68 канадцы были нашими \"клиентами\"…\"

Новости
26 февраля, среда
25 февраля, вторник
+
Сборная СССР приехала на Олимпийские игры в Гренобле в ранге действующего чемпиона. Турнир, который стал 35-м чемпионатом мира и 46-м чемпионатом Европы, получился напряжённым. Проигрыш команде Чехословакии поставил под вопрос золото Олимпиады. О том турнире вместе с AllHockey.Ru вспоминал капитан команды Борис Майоров.

- На Олимпиаде в Гренобле сборная СССР проиграла Чехословакии. Что тогда случилось?

- Ничего не случилось, просто проиграли и всё. У нас с чехами всегда были сложные спортивные взаимоотношения, поэтому я не воспринимаю таких вопросов - \"что случилось?\". Команд, которые не проигрывают, нет и никогда не будет. Даже самая сильная команда когда-нибудь проиграет. Никакой трагедии тогда, после поражения, не было. Было своего рода подспорье только с одной точки зрения. Это сейчас существует плей-офф: проиграл, вылетел, и всё. А тогда было круговой турнир, и можно было рассчитывать, что соперник, который тебя обыграл, оступится где-то, а ты, наоборот, пройдёшь без осечек. А, потом, чехи в большинстве случаев не проходили весь турнир ровно. Конечно, мы переживали, как и после каждого поражения.

\"\"
Чешские и советские хоккеисты перед чешскими воротами

- Матч чехов со шведами смотрели?

- Эта игра была предпоследней на олимпийском турнире. Для того, чтобы у нас оставались шансы стать олимпийскими чемпионами, надо было, чтобы шведы выиграли у чехов. Они это сделали, но я сейчас не помню, смотрели ли мы этот матч в Олимпийской деревне. Но когда мы сели в автобус и поехали на стадион (уже на свой матч), мы знали результат, и нам оставалось обыграть Канаду. Честно говоря, сомнений никаких не было, потому что мы с ними достаточно часто встречались: они приезжали сюда, мы ездили к ним, играли товарищеские матчи. Они были нашими, своего рода, \"клиентами\" - командой, в матчах с которой мы набирали очки. Ни у кого в команде не было сомнений, что мы выиграем. Конечно, была борьба, как и всегда с любой канадской командой, но 5:0 - это очень внушительный результат, и говорит о явном преимуществе нашей команды.


Анатолий Фирсов забивает 5-ю и последнюю шайбу канадцам

- Как отпраздновали победу?

- В раздевалке шампанского точно не было, не принято это было тогда. Правда, наша игра совпала с окончанием Олимпийских игр, и, конечно, маленькими группками (в зависимости от того, у кого с кем какие взаимоотношения) собрались в Олимпийской деревне. Тогда даже посторонним лицам был доступен проход в деревню, поэтому наши болельщики и хорошие знакомые принимали участие в этом торжестве.


Сборная СССР - чемпионы Гренобля

- В тренерском дуэте Чернышёв - Тарасов как роли распределялись?

- Это надо у них спросить. Тренировки, как правило, проводил Тарасов, а Аркадий Иванович на лёд не выходил. В первое время, начиная с 1961-го года, наше поколение видело его на льду, но потом он перестал это делать, так что с нами работал на льду Тарасов, но не по собственной программе. Наверное, они всё это обсуждали. Установки на игру всегда давал Аркадий Иванович, не было ни одного раза, чтобы первым начинал говорить о предстоящей игре Тарасов. Конечно, он потом тоже дополнял, что-то говорил. Меня, кстати, удивляет, что многие первой называют фамилию Тарасова, а потом только Чернышёва. Аркадий Иванович был главным, первым тренером, а его помощником, вторым тренером официально числился Тарасов. Другое дело, что они сами не делили, кто первый, а кто второй.

- В Гренобле ходили на другие виды спорта?

- Конечно! Рядом с Олимпийской деревней, по пути к дворцу спорта, располагался конькобежный каток, и мы посещали соревнования. Также в Гренобле проходили соревнования по фигурному катанию. А чтобы посмотреть другие, снежные виды спорта, надо было куда-то ехать, и у нас просто времени на это не было. Я был участником двух Олимпиад, и ни на одной снега не было. В Инсбруке в 64-м и в Гренобле довольно часто шёл дождь. В Инсбруке, вообще, Олимпиада закончилась, мы на следующий день уехали, а ещё через день там пошёл обильный снегопад. Снег я видел в Лэйк-Плэйсиде в 1980-м и частично в Нагано в 1998-м, куда я ездил уже в другом качестве.

- Медали храните?

- Да, медали у меня были спрятаны в ящике шкафа, не выставлены на всеобщее обозрение. Если кто придёт в гости и его всё это интересует, то я могу достать их, показать. К сожалению, у меня гренобльские медаль и диплом пропали. Не знаю даже, на какой стадии и где. Иногда бывает, что кто-то просит для какой-то выставки. Может, кто-то не вернул, не знаю. С 64-го года всё есть, а с 68-го нет, к сожалению.

- А в чём всё-таки секрет вашей связки с Вячеславом Старшиновым?

- На этот вопрос чрезвычайно сложно ответить. Мы по характеру совершенно разные люди. Но у нас были общие интересы: учились вместе, в футбол вместе играли в чемпионате Москвы, достаточно много времени вместе проводили. Всё это нас объединяло, помогало чувствовать друг друга и на льду.

- Но ведь вы же с братом сначала вообще не хотели с ним играть, или это байка?

- Байка на 80 процентов, на 20 - это правда. Сейчас вообще анекдотические истории появляются в печати, что братья пошли к тренеру и сказали, что не будут играть со Старшиновым. Всё это ерунда. Когда он пришёл к нам в команду, я уже был ведущим игроком \"Спартака\", и мне неинтересно было играть с человеком, который постоянно ошибался. А он, к тому же, пришёл из хоккея с мячом, технически был плохо оснащён. Если тебе неточную передачу отдают, кому этого хочется? Но серьёзных протестов не было. Вячеслав Иванович - упорный, нацеленный человек, и он довольно быстро всё осваивал. В конце того сезона (58/59 гг.) мы уже играли за молодёжную сборную Советского Союза.

- Как спартаковская тройка чувствовала себя в сборной?

- К тому времени чёткое разграничение прекращалось. Более того, когда в 1963-м году мы стали чемпионами мира, была тройка \"Спартака\", \"Динамо\", ЦСКА. Всё перемешалось. Кроме того, в 68-м году мы со Старшиновым не были новичками (я в сборной с 60-го года играл). Скорее, те, кто приходил, должны были находить с нами общий язык. Проблем никаких не было, мы были примерно одного возраста все, у нас были общие интересы, и коллектив был дружный.

- Вы не любите говорить о прошлом. Может, расскажите тогда, что изменилось в нашей нынешней сборной с приходом Быкова?

- Не знаю.  Надо жить вместе с командой, чтобы можно было сказать: вот у Быкова так-то, а у Тихонова, например, или Михайлова было по-другому. Я понятия не имею, чем живёт команда Быкова и Захаркина. Они не очень общительные люди и посторонних людей в команду не допускают, причём иногда расстаются даже с теми, кто много работал в сборной. Такое было после Квебека, например. У меня только внешнее восприятие, и мне намного интереснее, как играет команда. С одной стороны, никуда не уйдёшь от побед, которые были одержаны за последние два года. С другой стороны, я как специалист вижу определённые недостатки, даже очень серьёзные. Правда, не собираюсь о них говорить, потому что у одного это недостатки, а другого - достоинства. Быков и Захаркин вот так вот видят команду, и если это видение будет давать результат, то и карты им в руки.

- В Ванкувере можем рассчитывать на золотые медали?

- Я не прогнозист. Думаю, что  уважающий себя тренер, который руководит элитной сборной (Россия, конечно, относится к элите), мечтает о победе на Олимпиаде. Реальные шансы есть не только у нас, но у других сборных. Основная угроза таится в этом самом плей-офф. Сыграешь неудачно одну всего игру в ¼ финала - и ты уже вне орбиты.
 
Дата: 05.02.2010

Возможно вас заинтересует

Комментарии 0

Комментариев пока нет