Сергей Михалев: нас считают динозаврами

  • Allhockey.ru
  • Allhockey.ru
  • 05.06.2007
  • КХЛ
Новости
26 февраля, среда
+
Наставника уфимского \"Салавата Юлаева\" журналисты прозвали Серебристым Лисом вовсе не за убеленную сединой шевелюру. Тонкий стратег, отличный психолог, весьма неординарный человек - такую славу снискал себе Сергей Михалев за годы работы в отечественном хоккее. Он принадлежит еще к тому поколению специалистов, чья дорога в кресло главного тренера команды была непростой. К своей \"главной роли\" он шел долго, много лет проработав вторым тренером. Своими взглядами на хоккей он делится с читателями \"Спорта\".

Могу коньки точить

- Прежде чем стать главным тренером, вы долго работали в командах на вторых ролях. Теперь путь в элиту короче...

- Смена тренеров - естественный процесс. Но он должен быть подготовленным, мягким. То, как это происходит сегодня, не совсем правильно. Только не подумайте, что я так говорю, потому что сам близок к \"тому\" поколению. Просто сейчас, на мой взгляд, не совсем заслуженно убирают достойных людей и неоправданно большие авансы выдают молодым. Например, меня удивила тренерская рокировка в СКА, когда на место опытного Михайлова пришел Леонов. Обычно все питерские в Москву едут, а тут наоборот.
 
- В хоккей приходят не только новые тренеры, но и руководители, бизнесмены. Все ли они достаточно разбираются в том, за что берутся?

-  В хоккейное руководство пришли молодые люди. Обстрелянные в бизнесе, но еще не понимающие взаимоотношений в хоккее. Ведь не все схемы можно перенести в спорт. Здесь свои законы, свои сложности... Взять ту же \"Сибирь\": чтобы команда так заиграла, нужно прежде всего создать коллектив. Молодым бизнесменам тренеры старого поколения кажутся древними динозаврами. Я не против, чтобы эти люди занимались хоккеем, но хотеть заниматься этим мало, надо еще и уметь. Раньше мы проходили сложный путь, чтобы стать тренером главной команды, сейчас все по-другому. Говорят, умом Россию не понять, так вот к нашему хоккею это тоже применимо.
 
- Ваш путь в хоккей, насколько мне известно, не был усыпан лепестками роз...

- Мне пришлось многое пройти, чтобы стать тренером. Брался за любую работу - ничего не гнушался, даже коньки точил. Считаю, что для того чтобы изучить какое-то дело, надо все попробовать самому. Не бояться спрашивать, слушать более опытных людей.
 
- Сейчас брать на поруки молодого тренера не модно. Видимо, поэтому исчезает преемственность в тренерском цехе?

- Мне в этом плане повезло. Удалось пообщаться со многими советскими тренерами. С кем-то работал, с кем-то бывал в одной компании. Участвовал и в застольях. И теперь всегда вспоминаю этих людей с благодарностью. Тогда тренеры были гораздо ближе друг другу, сплоченнее.  Вообще, поскольку я родился в сельской местности, к труду и работе был приучен сызмальства. Считаю это воспитание очень правильным. Та закалка помогала мне и в дальнейшей жизни.
 
От армии косил прямо на поле

- Опыт, полученный от других тренеров, - вещь бесценная. А какой институт вы закончили?

- Не удивляйтесь, Башкирский сельскохозяйственный. Даже шучу все время, что перепутал колхозное поле с хоккейным. Ну а потом из Уфы меня призвали в армию. Правда, всего на один год: мне тогда уже 27 было. Служил в команде СКА из Куйбышева. Пришел, а там Юрий Моисеев первый год тренером работал. Помню, он меня тогда одной очень важной вещи научил.
 
- Какой же?

-  В советское время тренеру нужно было очень много всяких бумаг сдавать... тренировочные планы, отчеты о проделанной работе... Я тогда был у него капитаном команды и однажды увидел, как он все это оформляет. А он мне говорит: \"Серега, запомни. Сделал работу - запиши. Не сделал - два раза запиши\". Помню, когда нас только призвали, в клубе какие-то реорганизации грянули. Был май месяц, все в отпуске, и нас, призывников, среди которых был и Сергей Гимаев, бросили на полтора месяца на курсы молодого бойца.
 
- В армии \"весело\" было?

- Помню, мне надоело проходить строевую подготовку. У нас в роте народ был разный. Один парень вообще не мог строевым шагом ходить, координация отсутствовала. А в армии не разбирались - наказывали всех. Так вот из-за этого сослуживца нам приходилось долго ходить гусиным шагом по плацу. В итоге ребята этого парня просто возненавидели, а я придумал, как избежать этой каторги.
 
- И как вам удалось увильнуть?

- Каждое утро нам предлагалась альтернативная работа. Старшина выходил и спрашивал: \"Кто косить умеет?\" А я тут как тут: дескать, я умею. Отправят в поле, а что я там им накошу - это уже мое дело. То есть косил от армии в буквальном смысле. В общем, отслужил и вернулся в Уфу.
 
- Что было потом?

- Провел еще пару сезонов за \"Салават\", а потом нас освободили. Тогда все строго было, ровно 20 ставок на команду. Так что прежде чем кого-то взять, нужно было кого-то отчислить. К тому же подошла большая группа молодых, своих воспитанников. Поработал в детской спортшколе, а потом в Москве открылась школа тренеров.
 
Узник Бастилии

- Поступить, наверное, было непросто?

- Со всей страны взяли всего 10 человек. Надо сказать, что условия были просто шикарные: стипендия около 300 рублей, выделили гостиницу, которую мы с ребятами тут же прозвали Бастилией. Уж больно мрачное и серое было здание, а вокруг пустырь с заброшенным сталинским стадионом. До института было метров триста, но чтобы добраться, нам приходилось мостить дорогу досками через непроходимую грязь.
 
- Кто был вашими сокурсниками?

- Со мной училось немало известных людей: Эдуард Малофеев, Павел Садырин, Лев Бурчалкин. С Рагулиным у нас очень хорошие отношения сложились. Так что два года пролетели незаметно. У нас преподавал сам Тарасов. Про него мы в шутку говорили: \"Его надо понять и не бояться\". Очень самобытный был человек, у него на занятиях шансов правильно ответить не было.
 
- Учеба вам давалась легко? Какой предмет был самым сложным?

-  Вообще, план учебы составляли умные люди. Например, у нас было много уроков иностранного языка, но мы с нашим \"совковым\" восприятием жизни думали, что он никогда не пригодится. Вот и халтурили, как могли. Но со мной учился Анатолий Козлов (отец Виктора Козлова), который до этого четыре года отыграл в Австрии и здорово говорил на немецком. Чтобы нас на уроке  не спрашивали, мы подходили и говорили: \"Толя, давай уже начинай с преподавателем разговаривать\". Вот они весь урок разговаривают, а мы сидим, филоним. Интересный преподаватель был. Придумывал нам разные роли, имена: В общем, закончил ВШТ с красным дипломом.
 
- Куда вас распределили после окончания курсов?

- Вернулся на стажировку в Уфу, где у меня к тому времени уже жена и дочь были. Работал помощником главного тренера, а в 1977-м по необходимости стал главным. Не хватало средств, чтобы содержать команду. В результате в один прекрасный момент ребят разобрали, а главного тренера уволили. Вот начальство пришло ко мне и говорит: \"Бери, Сергей Михалыч, команду, мы тебе доверяем\".
 
- Удружили, называется...

- К слову, \"Салават\" стал первым в стране профессиональным клубом. Раньше мы считались командой спортивного общества завода. Все ребята были хоккеистами, а дополнительно - столярами и плотниками. Вот я, например, числился сантехником четвертого разряда. Когда \"Салават\" стал клубом, все побочные профессии отвалились и ребята стали просто хоккеистами.
 
-  Раньше все было лучше?

-  По-всякому бывало. Главный тренер ведь отвечал за все: форма, поездки: Утром в горком, потом в спорткомитет: Понимаешь, что все это бесполезно, но все равно ходишь по кругу. Правда, порой попадались люди, на которых все держалось. Вот, помню, Николай Григорьевич Ковалев - директор уфимского завода - очень любил хоккей. И делал для команды все что мог. Но потом его убрали, пришел другой руководитель, и все посыпалось:
 
Я слишком много знал

- Расскажите, как вы оказались в \"Ладе\"?

-  Помню, в 1990-х были в моде альтернативные выборы руководства команд - перестройка. Меня не выбрали главным тренером \"Салавата\", и я уволился. А потом Геннадий Цыгуров пригласил меня в \"Ладу\". Спасибо ему за это большое. Два раза были чемпионами, трижды серебро завоевывали, выиграли Кубок европейских чемпионов. В 1999-м меня пригласили в \"Северсталь\" главным тренером. Там мне удалось проработать шесть сезонов, завоевать серебро и бронзу чемпионатов страны. Если судить по годам работы главным тренером, я еще очень молод (смеется).
 
- Говорят, что в Череповце вы до сих пор культовая фигура.

- В этом городе люди очень любят хоккей. И такой популярности, как там, я больше нигде никогда не имел. Может, потому что мы завоевали медали. О хоккее там пишут, говорят, показывают его: Но потом наступило время, когда пришла пора менять команду. Там господин Мордашов -  владелец \"Северстали\" - не большой любитель хоккея. Мог, как говорится, дать денег на наш аттракцион, а мог не дать. А хуже неопределенности ничего быть не может. Главная ошибка заключалась в том, что мы не смогли сохранить победный состав. Я попал в больницу, и команду тут же растащили. Потом у меня закончился контракт, а другого не предложили.
 
- И вы решили попробовать себя в новой роли - менеджера тольяттинской \"Лады\":

-  На тот момент у меня не было предложений от команд Суперлиги, и я уехал в Тольятти менеджером команды. Одновременно тренировал молодежную сборную. Но когда в команде грянул финансовый кризис, президент почему-то решил меня первым уволить. Наверное, я слишком много знал. Вот теперь снова работаю в Уфе.
Дата: 05.06.2007

Возможно вас заинтересует

Комментарии 0

Комментариев пока нет