Георгий Гогелашвили: работа юристом в хоккее несильно отличается от коммерческой структуры

Юрист челябинского "Трактора" Георгий Гогелашвили в нашей рубрике "Работа в хоккее" рассказал о специфике своей работы в хоккейном клубе, а также поведал о том, что в детстве жил в одном дворе с Георгием Гелашвили и Кириллом Кольцовым.



"Решил стать юристом, чтобы защищать людей от несправедливости"

- Как вы попали на работу в "Трактор"?

- Произошло это в октябре 2012 года. Получается, что я тружусь в клубе уже восемь лет. Попал я сюда в результате собеседования. Мое резюме было размещено в Интернете. Мне позвонил секретарь директора и пригласил на собеседование. Насколько я знаю, параллельно со мной на эту должность претендовали еще два или три человека. Но выбрали меня.

- Увлекались ли вы до этого хоккеем?

- Нет, не увлекался. Но я смотрел по телевизору матчи сборной России. Теперь вот начал увлекаться.

- Где вы работали до того, как прийти в клуб?

- Я работал в частной фирме, которая занималась поставками металла в Челябинск. Мне приходилось заниматься оформлением грузов с таможни. Отправлялись эти грузы из Казахстана. А потом, когда появился Таможенный союз России, Беларуси и Казахстана, надобность в этой работе отпала. Пришлось искать работу. Можно сказать, что меня сократили. Моя зарплата зависела от количества оформленных грузов, а ее окладная часть составляла десять тысяч рублей. Меня не увольняли, я сам ушел. Десяти тысяч в месяц не хватало на жизнь.

- Почему вы решили выбрать именно юриспруденцию?

- Это было классе в восьмом. Я тогда писал сочинение на тему о том, кем хочу стать. У меня есть любимый персонаж - Супермен. Я понимал, что у меня не будет таких возможностей, как у него. Тем не менее я решил стать юристом для того, чтобы защищать людей от несправедливости. Так и пошел по этой стезе.

- Был ли у вас опыт работы адвокатом?

- Нет. Я выступал в судах в качестве частного представителя, а вот адвокатской практики у меня нет.

- В чем состоит специфика работы юристом в хоккейном клубе?

- На самом деле, она несильно отличается от работы в коммерческой структуре. Просто мы чуть-чуть углубляемся в спорт. Кроме этого, здесь те же самые договоры.

- Что входит в ваши непосредственные обязанности?

- Полное юридическое сопровождение, начиная от заключения договоров с хоккеистами и о переходах, заканчивая общением с государственными органами при проверках. На самом деле, круг моих обязанностей довольно обширный.

- Если брать работу с контрактами, можно ли сказать, что самый напряженный период в вашей работе - межсезонье?

- Работы всегда хватает. Перед заявкой мы готовим, рассылаем и подписываем контракты. А в августе я еду в главный офис КХЛ для того, чтобы заявить основную и молодежную команду.

- Какими документами, их сборниками и кодексами вы чаще всего руководствуетесь в своей деятельности?

- Если говорить о спортивной части, то, конечно, регламентом Континентальной хоккейной лиги. Кроме этого, я работаю по Гражданскому и Трудовому кодексам.

"В детстве жили с Гелашвили через подъезд"



- Как выглядит механизм прописывания контрактов хоккеистов?

- Форма у контрактов стандартная. Если ты сделаешь шаг влево или вправо, то лига не зарегистрирует соглашение. Спортивный отдел дает мне информацию о зарплате и бонусах хоккеиста. Я все это подвожу под стандартную форму, и затем мы подписываем контракт и отправляем его в лигу. В КХЛ соглашение проверяют и, если все в порядке, мы размещаем его отсканированный вариант в Центральном информационном бюро. Затем лига активирует контракт и отправляет в ЦИБ сообщение хоккеисту, и тот его принимает. После этого я переношу бумажный вариант в заявку. Контракт регистрируется в трех экземплярах: один - для клуба, второй - для игрока, а третий - для лиги. Оригинал контракта я везу в КХЛ на заявку команды.

- Были ли в вашей практике контракты, с заключением которых у вас случались проблемы?

- Нет, мы всегда все делали в рамках регламента. Конечно, у нас были спорные ситуации, но все они были решены в досудебном порядке. В лиге есть комиссия по контрактным спорам, которая занимается решением этих вопросов.

- Часто приходилось ли вам разрешать какие-то споры юридического характера?

- Спорные ситуации бывают часто. Не скажу, что каждый день, но они возникают. Стараюсь решить их без обращений в суд. В этом и заключается работа юриста.

- О каких спорных ситуациях идет речь?

- Бывает такой момент, когда с человеком заключили контракт, а он начинает отлынивать от работы. Он получает заработную плату, его все устраивает и он плохо тренируется. Клуб в таком случае может решить снизить ему окладную часть. С человеком разговаривают и пытаются объяснить, что нужно на сто процентов отдаваться своей работе. Если игрок прислушивается и начинает лучше тренироваться, то вопрос решается. Если же нет, то ситуация переходит в юридическую плоскость. Я составляю необходимые документы, и мы отправляем их в лигу и разбираемся в ситуации.

- Насколько часто к вам за помощью обращаются игроки?


- Обращаются, но не скажу, что часто. Практически у каждого игрока есть свой агент, который решает все юридические вопросы. Но ребята ко мне обращаются, и я стараюсь им помочь. В моих должностных обязанностях написано, что я должен давать юридические консультации сотрудникам клуба. Причем ко мне обращаются не только хоккеисты, но и тренеры.

- Следили ли за игровой карьерой вашего тезки и однофамильца Георгия Гелашвили?

- Не сказать, что следил. Но я очень давно знаю его. Мы жили с ним в одном доме, через подъезд. Я же раньше не особо следил за хоккеем, но знал, что он играет на профессиональном уровне. А еще нашим соседом был Кирилл Кольцов.

- Какими эти игроки были в детстве?

- Это были хорошие, спортивные ребята. Насколько я помню, спорт всегда стоял в их жизни на первом месте.

- Сейчас Гелашвили работает в тренерском штабе "Белых Медведей". Часто ли вам удается с ним пообщаться?

- Да, мы с ним видимся. Пусть и не каждый день, но частенько. Я хорошо общаюсь с Гелашвили.

Материалы рубрики "Работа в хоккее":

Комментарии Правила

Сейчас обсуждают