Илья Брызгалов: плевок из пустыни

Новости
23 февраля, воскресенье
22 февраля, суббота
+
Завидую людям, которым за целую жизнь так и не удается узнать, что чувствуют гонцы, приносящие самые плохие из всех возможных новостей. Не исключаю, что в больницах и в армии, в милиции и в пожарных службах для этой цели в штате держат специально обученных людей. Но если и так, знаете ли вы хоть одну профессию, еще более депрессивную?
 
Пишу об этом потому, что позавчера мне впервые в жизни довелось лишь в крохотной, несопоставимо мизерной степени почувствовать себя в шкуре этих людей. Дай бог, чтобы в первый и последний раз. В понедельник поздно вечером я набрал номер Вячеслава Быкова, чтобы сообщить ему об отказе Ильи Брызгалова [на фото] выступать за сборную России на чемпионате мира.
 
Прекрасно понимаю, насколько нелепо даже сравнивать такое известие с вопросами жизни и смерти, но заставить себя нажать кнопку вызова на телефоне я не мог очень долго.
 
Дело в том, что за несколько часов до этого, ни о каких отказах не ведая, мы сидели с Быковым в жилом корпусе новогорской базы и беседовали о том, как быть тренерскому штабу в ситуации, когда в роли фаворитов первого раунда плей-офф оказались почти все наши энхаэловские звезды. Обсуждали в том числе и вратарский вопрос. Приезд голкипера "Финикса" в Москву к началу следующей недели в устах Быкова звучал как нечто давно решенное и само собой разумеющееся. Если бы к вечеру мы в редакции узнали, скажем, об отказе Николая Хабибулина, то об этом я сообщил бы Быкову с легкостью: ведь с ним у тренера не было не то что договоренности, но даже простого телефонного разговора.
 
Вообще технология, по которой этого обладателя тончайшей душевной организации нужно приглашать в сборную, чтобы тот удостоил страну хотя бы внятным "да" или "нет", неизвестна пока ни одному российскому тренеру или функционеру. Но в том-то и заключался весь ужас, что в Брызгалове главный тренер был уверен на сто процентов! Ровно настолько же, насколько не сомневается в Морозове, который заселился под боком у Быкова в Новогорске еще на прошлой неделе. Еще бы! Раз пообещал человек приехать - кровавую расписку у него прикажете требовать, что ли?
 
Не хочу клеймить нашего вратаря из аризонской пустыни позором и утверждать, что он "наплевал на Россию" (как, по предположению самого Брызгалова, подумают о нем теперь отечественные болельщики). Обстоятельства в жизни бывают всякие, и я допускаю, что в Калифорнии у Ильи действительно могли появиться проблемы, о которых всему миру не расскажешь и которые на самом деле требуют его неотлучного присутствия. Но которые, впрочем, не помешают ему в пляжном режиме заглянуть по старой дружбе на кубковые матчи "Анахайма". Как поборник презумпции невиновности я во всем готов поверить вратарю на слово. И за в меру искреннее интервью нашему калифорнийскому собкору вратарю, конечно же, спасибо. Понять Брызгалова и простить его не могу по другой причине.
 
У меня не укладывается в голове, как человек, уже пообещавший сборной и лично ее главному тренеру приехать, счел возможным допустить, чтобы Вячеслав Быков узнал о его изменившихся планах от кого-то, кроме него самого. Например, из "СЭ", который тренер наверняка купил вчера утром в шереметьевском терминале перед вылетом со сборной в Мюнхен. Более мягким эпитетом, чем "непорядочность", этот поступок охарактеризовать не могу. На то, чтобы опередить публикацию интервью собственным звонком Быкову, у Брызгалова было два дня. Неужели в расписании игрока, уже завершившего сезон, не нашлось пяти минут на этот элементарный жест?
 
Для контраста приведу другой пример. Динамовец Афанасенков, истерзанный травмами, еще накануне приезда в сборную честно рассказал моему коллеге, что в Канаде сыграть не сможет. Но попросил пару дней об этом не писать - чтобы тренеры сборной узнали обо всем именно от него. И так, заметьте, поступил игрок, на котором в отличие от Брызгалова свет клином не сошелся и который, положа руку на сердце, даже здоровым на чемпионат мира, скорее всего, не пробился бы.
 
Мне же Быков поначалу просто не поверил. "Этого не может быть, - невозмутимо сказал в трубку тренер, выслушав мою сбивчивую тираду об интервью Брызгалова, когда я все-таки вынудил себя позвонить ему накануне вечером. - Здесь какая-то ошибка. Я ведь только что, когда был в Америке, с ним обо всем договорился".
 
С некоторых, Вячеслав Аркадьевич, расписку кровью брать все-таки надо. Или не приглашать совсем.

Павел Стрижевский, "Спорт-Экспресс"
Дата: 09.04.2008

Возможно вас заинтересует

Комментарии 0

Комментариев пока нет