Дэйв Кинг: "Король России" [часть 1 - 05.07.2005]

22 апреля 2008, вторник 17:42
В 2005 году Дэйв Кинг принял приглашение магнитогорского "Металлурга" и с мая 2005 года по сентябрь 2006 года руководил "Магниткой", приведя ее к бронзовым наградам Суперлиги 2005/06. Тогда в полуфинальной серии плей-офф его подопечные уступили "Авангарду".

Основываясь на своем опыте работы в России, канадcкий наставник написал книгу "Король России: год в российской Суперлиге", которая вызвала широкий резонанс в хоккейных кругах. В частности, были обнародованы любопытные факты и разные, в том числе негативные моменты из его жизни в России. Кроме того, были выдвинуты забавные обвинения в адрес гендиректора "Магнитки" Геннадия Величкина, особняк которого был описан в деталях. Веб-портал AllHockey.Ru начинает публикацию полного перевода книги Дэйва Кинга.
 
Руководство "Металлурга" Мг (сезон 2005/2006)

Виктор Рашников, владелец, олигарх, президент MMK
Геннадий Величкин, генеральный директор
Олег Куприянов, помощник генерального менеджера
Дэйв Кинг, главный тренер
Федор Канарейкин, тренер
Виктор Королев, тренер
Юрий Шундров, тренер
Виктор Сухов, тренер
Виктор Гудзик, тренер по физподготовке
Игорь Муравьев, переводчик

Игроки "Металлурга" Мг (сезон 2005/2006)

Вратари: Трэвис Скотт, Константин Симчук.

Защитники: Андерс Эрикссон, Владислав Бульин, Виталий Атюшов, Евгений Варламов, Александр Бойков, Александр Селуянов, Владимир Маленьких, Евгений Бирюков, Дмитрий Юшкевич, Роман Кухтинов, Ренат Ибрагимов.

Нападающие: Евгений Малкин, Станислав Чистов, Игорь Королёв, Илья Воробьёв, Алексей Кайгородов, Алексей Тертышный, Дмитрий Пестунов, Николай Кулемин, Эдуард Кудерметов, Руслан Нуртдинов, Евгений Гладских, Равиль Гусманов, Юрий Добрышкин, Денис Платонов, Александр Савченков.

05 июля 2005 года

Некоторые люди говорили мне, что я сумасшедший, поскольку так поступил, и сейчас я не уверен, что стал бы возражать. Я стою на льду арены в Магнитогорске, в сердце матушки-России, в моем новом на ближайшие десять месяцев доме, далеко от родного очага. Я чувствую себя не в своей тарелке из-за длительных перелетов через многие часовые пояса и дефицита сна, переполненный противоречивыми чувствами.

Тридцать шесть часов назад я был на другой стороне земли, в Саскатуне (город в Канаде - прим. пер.), и готовился к главному приключению в своей жизни. В середине весны прошлого года на меня вышел Сергей Левин, российский хоккейный агент, чтобы узнать, интересно ли мне стать первым канадцем, тренирующим команду российской Суперлиги. Тогда он не сказал, что это за команда. Он только лишь хотел выяснить степень моей заинтересованности в приезде в Россию.

В течение последней четверти века поток хоккейных талантов между Россией и Северной Америкой шел, преимущественно, в одном направлении. Все возрастающий аппетит НХЛ на лучших игроков привел к их массовому набору в России, и с течением времени появились россияне, возглавившие списки бомбардиров лиги, завоевавшие призы лучших новичков года, и десятки россиян, увидевших свои имена выгравированными на Кубке Стэнли.

С недавних пор, после того, как экономические и политические потрясения в России после падения коммунизма поутихли, появилось нечто вроде обратной миграции. Зарплаты в России стали более конкурентоспособны, и ряд клубов, которым доллары "жгут карманы", переманили часть своих доморощенных талантов обратно.

Помимо того, в год локаута в НХЛ даже некоторые из самых известных канадских хоккеистов (Vincent Lecavalier, Dany Heatley, Brad Richards, например) приехали играть в Суперлиге. А тренеры? Здесь - другое дело. Такого не было никогда. Несколько россиян поработали в НХЛ не главными тренерами, несколько тренеров из Европы поработали в России, но ни один клуб еще не передавал ключи канадцу... До сего момента.

За два дня до того, как я вылетел из Канады, я съездил в Эстон, провинция Саскачеван, чтобы повидаться с семьей. И, поскольку тренировочные сборы здесь, в России, начинаются в начале июля, я вылетел из Саскатуна по маршруту Торонто - Лондон - Москва и прибыл в российскую столицу в 15:45.

К сожалению, время вылета последнего рейса моего путешествия - из московского аэропорта Домодедово в Магнитогорск - было перенесено на пять с половиной часов, с 18:00 на 23:30, вследствие перехода на новое, летнее расписание. Пока Россия сбивчиво идет по пути к капитализму, у авиакомпаний постоянно не хватает самолетов, и в результате последние вынуждены быть на обслуживании фактически 24 часа в сутки. На менее популярных маршрутах рейсы часто отменяются и объединяются с другими, в зависимости от наличия самолетов. Таким образом, последнее из того, что мне хотелось бы, приключилось сразу же - длительная задержка в столице России. С учетом двухчасовой разницы между Москвой и Магнитогорском, к моменту, когда рейс №12 авиакомпании "Сибирь" приземлился, было уже 03:30 утра.

Через час, в кромешной тьме, я, насколько мог, разглядывал свое новое жилище, где я вместе с женой Линдой буду жить до конца хоккейного сезона. Мой новый клуб захотел, чтобы я был на льду в тот же день, поэтому у меня был выбор - поспать часа полтора или не ложиться и поднапрячься без сна. Я решил слегка вздремнуть, а затем пошел из своей квартиры в сторону арены, впервые (но, вероятно, не в последний раз) задавшись вопросом: "Что я тут делаю?"

Мне 57 лет. Я тренировал сборную Канады на трех зимних Олимпиадах. Я дважды был главным тренером в клубах НХЛ (в "Калгари Флеймз" и "Коламбус Блю Джекетс"). Последние два года я провел в сравнительно стабильном мире немецкой элитной лиги, тренируя команду из Гамбурга. А когда меня приглашали русские, мне уже была подыскана работа в Хельсинки на один год.

И хотя переговоры о моем контракте с Магнитогорском были завершены несколько месяцев назад, я действительно очень мало знаю о том, во что я ввязался. Я не знаю тренеров - своих помощников, я не знаю языка, я не знаю - за исключением одного-двух - своих игроков.

Я приступаю к этому делу с ощущением холода в груди, и, хотя на дворе июль, сегодня пасмурный прохладный день. С другой стороны, идеальная погода для хоккея. Снаружи арена выглядит соответственно погоде - да и моему настроению тоже. Для России характерно, что здание, которому всего 15-20 лет (и оно должно бы находиться в относительно приличном состоянии), теряет свой вид гораздо быстрее, чем следовало.

При прежнем политическом режиме деньги часто выделялись на строительство, но ничего не откладывалось на содержание зданий, поэтому никакого ухода за ними не было. Время - 08:15 моего первого рабочего дня, и первая группа хоккеистов должна по графику появиться на льду в 10. Если бы здесь применялась практика НХЛ, тут были бы уже все - тренеры, специалисты по экипировке и, естественно, хоккеисты. Вместо этого, здесь - только я и пара вахтерш, одна из которых узнала меня и впустила.

Много лет назад у меня в "Калгари Флеймз" играл русский хоккеист Сергей Макаров, участник знаменитой тройки КЛМ. Советские хоккеисты в то время ежегодно выигрывали чемпионаты мира, и Макаров всегда был одним из игроком, вносившим ключевой вклад в эти победы. В конце концов, он приехал в НХЛ в возрасте 31 года вместе с другими хоккеистами своего звена - Игорем Ларионовым, Владимиром Крутовым, Алексеем Касатоновым и Славой Фетисовым. Когда он играл за мою команду, я так и не смог привыкнуть к тому факту, что Макаров делал именно то, что моя команда делала в этот момент. Он появлялся непосредственно перед началом тренировки, а потом уходил через считанные минуты после ее завершения. Я думал, что то была просто его, Сергея, манера. Теперь я начинаю подозревать, что такой образ действий характерен для русских в целом. Посмотрим, изменится ли это в течение сезона.

Наконец, все пришли, начиная с моих новых коллег-тренеров. Один из них - Фёдор Канарейкин, мой основной помощник, который немного говорит по-английски. Еще есть три Виктора - Виктор Королев, Виктор Сухов и Виктор Гудзик (прим. пер.: victor - англ. победитель), ни один из которых не говорит по-английски ни слова. Это может вызвать проблемы. Вскоре после того, как я принял это назначение, я купил учебные кассеты фирмы Berlitz и выучил несколько основных русских слов и выражений - привет, до свидания, спасибо и т.д.

Я планирую тренировать, все же, преимущественно на английском языке, и для этого мне потребуется проводить предварительный инструктаж по всем нашим тренировкам. Я имею в виду, что буду проводить занятия сначала с тренерами, и затем они смогут перевести за меня команде. Когда я выходил на лёд, в голове у меня была лишь одна мысль - не брякнись на задницу, Кингер! - ибо такое начало стало бы вдохновляющим, не так ли?

Итак, я дунул в свисток и подозвал хоккеистов к бортику, как я делал тысячи раз за время своей тренерской карьеры. Я подумал, что начну с чего-нибудь легкого - с простого упражнения для разогрева вратарей, которое я считал гарантированно безрисковым. Ошибка. Очевидно, самые простые упражнения могут быть скомканы, когда натыкаются на языковой барьер. Через 30 секунд после начала моего первого упражнения мне пришлось свистком остановить игру, внести коррективы и начать все сначала. Через полтора часа, ближе к окончанию тренировки, некоторые игроки сидели в интервалах между упражнениями, на коленях, тяжело дыша.

В нашем представлении, вероятно, под воздействием слишком большого количества фильмов про Рокки, русские спортсмены подготовлены лучше, чем их североамериканские визави. Позднее я узна'ю, что российские хоккеисты относятся к тренировочным сборам так, как относились игроки НХЛ во времена Горди Хоу - как к средству постепенного набора формы, но первое мое впечатление было далеко не таким.

Никогда я не ожидал, что российские игроки будут настолько уставшими и обвисшими, как мешки, после лишь одного занятия на льду. Всего в тот день я провел четыре ледовых тренировки, после чего побрел к себе в квартиру. Я пролетел через 12 часовых поясов и спал всего полтора часа из 36, но, подпитываемый адреналином, сменой времени и возбуждением от полной перемены обстановки, совершенно не хотел спать, хотя должен бы, по всем правилам, уснуть крепким сном.

Лежа в кровати и делая записи в своем дневнике, я испытывал широкий диапазон чувств - от грусти в связи с разлукой с дорогими мне людьми до волнения в связи с перспективой вхождения в плотно охраняемый мир российского хоккея. Это был один из самых тяжелых дней в моей тренерской карьере, и в то же время - великий день. Я был очень взволнован тем, что нахожусь на льду вместе с русскими хоккеистами, гоняю этих парней через упражнения и вижу, на что они способны. До сих пор сама мысль о тренерстве в России была абстрактной. Теперь она стала моей новой реальностью.

Продолжение следует

Дэйв Кинг, "Король России: год в российской Суперлиге", 2007 г.


Перевод:
Искандер Балтыров, сайт болельщиков ХК "Салават Юлаев"